пятница, 23 мая 2014 г.

5 Н.А.Морозов ГУЛАГ в Коми крае 1929-1956

Отток лагпунктов южного участка Северного лагеря ОГПУ (1929-1933 гг.)
1-й лагпункт - станция Пинюг. б бараков (1 женский). Управление участком. Информационно-следственная часть (ИСЧ).
2-й лагпункт - Каменка. 4 барака, общежитие охраны, контора. ИСЧ.
3-й лагпункт - Шелюг. G баракоз, общежитие охраны, контора, барак административно технических работников. ИСЧ.
4-й лагпункт - Лачюг. 3 барака, общежитие охраны, контора. ИСЧ.
5-й лагпункт - Корсстенща. 2 барака, двухэтажный жилой дом, общежитие охраны. ИСЧ.
6-й пвгпулхт - Городок. 4 барака (1 - женский), контора.
7-й п&тун\я - Межнов. 2 барака, клуб, кирпичный завод, общежитие охраны, контора, штрафной изолятор.
8-й лагпункт - Залузная. 4 барака (1 - женский), общежитие охраны, контора.
9-й лагпункт - Лебеда. 2 барака, общежитие охраны, контора.
10-й лагпункт - Чалич - 3 барака, общежитие охраны, контора, ИСЧ, ларек.
11-й лагпункт - Чей-Карас - 3 барака {1 - женский), общежитие охраны, контора, ба-
рак технического персонала.
12-й лагпункт - И as гиль - 7 бараков (1 - женский), общежитие вохр, контора.барак техперсонала.
13-й лагпункт - Поруб - 2 барака, (1 - женский), общежитие вохр, контора,
14-й лагпункт - Кольвож - 4 барака, клуб, барак вохр, контора.
15-й лагпункт - Трофимрай - 3 барака и контора.
16-й лагпункт - Кортюг - 3 барака, контора.
17-й лагпункт - Бабан-шор -1 барак.
18-й лагпункт - Крайний -1 барак, общежитие вохр.
19-й лагпункт-Луза.
20-й лагпункт - Лойма.
Известно также, что в августе 1932 г. уже работал Сыктывкарский сельхоз Ухтпечлага, чья продукция шла управлению строительства дороги, а на 23-м километре трассы Сыктывкарского участка находился санитарный городок Севлага. Здесь весной 1931 г. содержался с диагнозом "миокардит" заключенный Новоденский Александр Николаевич, осужденный по ст. 58, п. 10 и 11 к 5 годам лагерей. На досуге он разработал и предложил руководству управления проект самолета-биплана "Сезлоиец" (от термина "Северные лагеря особого назначения"), который поднимался бы в воздух простым усилием мышц взрослого мужчины... [6].
Одним из свидетелей этого процесса насаждения лагерных пунктов в местах традиционного расселения народа коми был и профессор В.П.Налимов, известный коми ученый. Его сын, ныне профессор МГУ, В.В. Налимов, пишет в своих мемуарах, что в местах его детства и молодости "повсеместно расползлись пагеря, и это, говорят, надломило культуру народа, не подготовленного ко всему, с чем ему пришлось столкнуться: совершая побеги, заключенные нарушали традицию неприкосновенности и без того убогой собственности. Это вызывало озлобление, которое усиливалось официальной пропагандой, предлагавшей к тому же еще и завидное обогащение за поимку беглецов. Началась охота за людьми. Кто теперь оценит общенародный моральный ущерб, нанесенный лагерной системой "перевоспитания"? " [7].
K<;.-p»fv. по|як^ готова на.30%, из Москвы пришло рас^щ^влт прекращении стройки и консервации основных фондов. Заключенные
/ {ли переброшены на строительство Беломорско-Балтийского канала.
.. лчальник Управления северных лагерей особого назначения Бокша
, правлен в Мордовию для организации Темниковских лагерей. Вместо го на короткий срок был назначен Шийрон [8]. Архив ликвидированно-, Сеолага сыл передан Ухто-Печорскому лагерю. По состоянию на 13
поля 1934 г. в нем находились 5882 личных дела на умерших и 5753 ,;ла на освободившихся заключенных. Следовательно, за 5 лет через
г-&герь прошли 1143Ь заключенных, или в среднем но 2000 чел. в год.
2. Северным железнодорожный лагерь
Лагерь был организован 10 мая 1938 г., за^ыт 24 топя 1Э50 г .оьодинен с Сеаеро-Печорским лагерем с образованием нового Не-,.рского ИТЛ). До 4 января 1940 г. .подчинялся Главному управлению
,......арей железнодорожного строительства ГУЛАГ СССР. С января 1940
,  по 26 апреля 1947 г. - Северному управлению лагерей желез: юдсь южного строительства, и с 6 мая 1948 г. - опять ГУЛЖДС. Управление „'егерем располагалось в п. Княжпогост Усть-Вымского рай>;г: Коми "CP (затем - п. Железнодорожный Железнодорожного района). С 1930 5-:> 1940 гг. занимался строительством железной дороги Котлас - Ворку-а с 14 мая 1940 г. - участка Котлас - Усть-Кожва протяженностью 728 ? производственным и жилищным строительством, еельхозработами, , ;оизводил также кирпич, известь, вел лесозаготовки.
На сентябрь 1940 г. в основном сложилась стабильная структура 'эзжелдорлага. Она включала: 11 отделений строительства, которые длились на ступени, несколько десятков колонн, в составе которых v ,!Ло несколько сот бригад. Бригады в свою очередь делились на зве~ < и Первое отделение занималось строительством дороги от Котласа iO р Вычегды и называлось "Айкинское". Второе - "Ижемскоо" (затем "рдомское") дислоцировалось от станции Шиес до станции Межог Усть-Вымского района. Третье отделение - "Микуньское" - вело строительст-* до станции Микунь. Четвертое, пятое и шестое отделения вели трас-до станции Княжпогост. Седьмое и восьмое - от Кмяжпогоста до станции Иоссер, девятое, десятое и одиннадцатое - от Иоссера до Усть-Кожвы [9].
Всего от Коряжмы до Усть-Кожвы в состав лагеря входили 27 отдельных лагерных пунктов (ОЛПов) и несколько десятков более мелких лагпунктов. ОЛПы делились на строительно-монтажные, лесозаготовительные, сельскохозяйственные, больничные.
Список лагерных точек Севжелдорлага на сентябрь 1940 г.
1. Коряжма. ОЛП. Дивизион охраны.
2. Светик. Лагпункт. Лесозаготовки.
3. Урдома. Лагпункт. Штаб охраны первого отделения. Строительно-монтажное отделение №1.
106
4. Биледь. Лагпункт. Строительство титульного моста через Вычегду.
5. Межог. Лагпункт «Протока». Санитарный городок.
6. Жешарт. Лагпункт. Лесоперевалочная биржа.
7. Айкино. Лагпункт №19. Лесная колонна. Лагпункт Айкинской базы.
8. Пос. Железнодорожный. Комендантский ОЛП. Комендантский дивизион охраны. 20-й железнодорожный полк НКВД. Управление лагеря. Автобаза. Аэродром. Авиагруппа. 10-й лагпункт. Строительно-монтажное отделение. Строительство титульного Вымского моста. ОЛП сельхоза "Центральный".
9. Ракпас. Лагпункт комбината стройматериалов. Лесозаготовки.
10. Княжий погост. Лагпункг.
11. Иоссер. Лагпункт. ОЛП сельхоза "Иоссерский".
12. Пос.Чибыо. Лагпункт. Ремонтно-механический завод. Три геологоразведочные
КОЛОМНЫ.
13. Ветлосян. ОЛП. Комбинат стройматериалов.
14. Айюва. Лагпункт. Лесозаготовки. Строительство моста через рАйюва.
15. Чокур. Лагпункт. Лесозаготовки.
16. Исаково. Лагпункт. Лесозаготовки.
17. Шежам. ОЛП сельхоза "Шежамский".
18. Кылтово. ОЛП сельхоза "Кылтовский". Дом младенцев заключенных.
19. Месью. ОЛП сельхоза "Месью".
20. Каменка. ОЛП сельхоза "Каменка".
21. ОЛП-15. Дислокация неизвестна.
22. ОЛП-24. Дислокаций неизвестна.
23. ОЛП-32/33. Дислокация неизвестна.
24. ОЛП-39. Дислокация неизвестна.
25. Чуб. Лесная колонна №37. Закрыта а 1940 г. 20. Микунь. ОЛП сельхоза "Микунь".
В 1942 г. структура Северного железнодорожного лагеря несколько изменилась. Отдел железнодорожного транспорта организовал три строительных района для продолжения работ по укреплению трассы, прокладке второй колеи, развития инфраструктуры. 1-й район занимал участок от Котласа до Тылаель и включал следующие строительные отделения: Котлас Северный, разъезды Пырский-Ватва, Коряжма, станция Черемуха (лазарет, отряд охраны, ОЛП), путевая часть (ПЧ) -1, ПЧ-2 Тылаель. 2-й район включал: лагпункт Мадмас, ПЧ-3 Микунь, лагпункт Айкино, ОЛП Кылтовка,- ПЧ-4 78-й километр, ПЧ-5 Тобысь, лагпункт То-бысь. 3-й район, лагпункт Ухта, ПЧ.-6 Ухта, ПЧ-7 Лемью, ОЛП Ираель, ПЧ-8 Чикшино, лагпункт Кожва [10].
Стройотделения обслуживали все дистанции пути и вагонные участки на своей территории. На территории Коми АССР действовали также Урдомское и Иоссерское строительные отделения лагеря. Осенью 1942 г. sm'epb построил соляную варницу в с.Серегово Усть-Вымского-района. В п.Жешарт была построена генеральная лесоперевалочная биржа. В феврале 1946 г. в составе лагеря насчитывалось 14 ОЛПов, Ижемское строительное отделение (от станции Тракт до станции Кожва), Микуньский стройучасток, Ракпасский комбинат, сельхозы "Центральный", "Кылтовский", "Межогский", "Месью", "Шежимский", "Иоссерский". Основную рабочую силу лагеря составляли заключенные, немцы-трудармейцы, интернированные [11].'
107
Согласно приказу МВД СССР №00699 асе ОЛПы лагеря были разделены на пять категорий. ОЛП Микуньского стройучастка с 2255 заключенных был отнесен к первой категории, ОЛПы Сольвычегодского участка и мостозавода - ко второй, ОЛПы сельхозов "Межогский" и "Месыо" - к третьей, ОЛПы Березовый, Ракпасского комбината, сельхоза "Шежам", колонн № 1 и 2, сельхоза "Иоссер" - к четвертой категории, ОЛПы сельхоза "Кылтовский" и Верховинсксго поселка - к пятой категории. Видимо, основным критерием отнесения ОЛПов к той или иной категории был показатель численности заключенных и их катего-рийного состава [12].
В документах лагеря и воспоминаниях бывших заключенных встречаются также термины "колонны северного узла" и "колонны южного узла". В одной из колонн северного узла (от Княжпогоста до Кожвы) располагался лагерь немецких военнопленных [13]. Следует отметить, что с 1939 г. в структуре руководства лагерем было управление по военнопленным, а в структуре второго отдела - заместитель начальника отдела по военнопленным.
Ход строительства. Северный железнодорожный лагерь имел главной задачей строительство железной дороги Котлас-Воркута протяженностью 1193 км (728 км от Котласа до Кожвы и 465 км от Кожвы до Воркуты. В его тылу располагался мощный Северодвинский лагерь (участок Вельск-Котлас). Производственный план 1938-1939 гг. предусматривал первоочередное строительство двух крупных участков трассы: Чибью-Княжий погост-Айкино (268 км) и Кочмес-Воркута (силами Абезьского строительного района).
Для решения поставленной задачи были сконцентрированы около 30000 заключенных и созданы четыре строительных отделения: первое на участке Котлас-Чибью, второе - от Чибью до Кожвы, третье - от Кожвы до Абези, четвертое - от Абези до Воркуты (в дальнейшем число отделений и их дислокация менялись по мере выполнения строительной программы). К лету 1939 г. степень готовности отделений дороги к эксплуатации составляла: по участку Котлас-Межог - 20%, Межог-Княжий погост -25,6%, Княжий погост-Чибью - 35,5%, Абезь-Воркута - 24,5% [14].
По плану 1939 г. намечалось сдать в эксплуатацию 310 км трассы, фактически сдали 268 км. Пятое отделение выполнило план на 44,4%, третье - на 56,0%. При обеспеченности лагеря рабочей силой на 132%, гужевым транспортом на 100% и ежедневном выполнении 28 тыс. чел./дней (при плане 21200 чел./дней) итоги года нельзя было признать удовлетворительными. Тем не менее 7 ноября 1939 г. открылось временное движение по участку Айкино -Чибью [15].
8 августе-сентябре 1940 г. в п.Чибью (четвертое строительное отделение лагеря) прибыли интернированные польские военнослужащие -7754 чел. До августа 1941 г. они работали на строительстве мостов, аэродромов, возводили промышленные и гражданские объекты. Осенью 1940 г. они оказались в тяжелейших условиях. Инспектор Управления по делам военнопленных (поляки входили в число военнопленных, хотя Польша не была в состоянии войны с СССР) Романов сообщал а Моск-
108
ву: "Больше половины военнопленных, прибывших в Северный железнодорожный лагерь, размещены в землянках, необнесенных [колючей проволокой - М.Н.] зонах; бараки, в которых размещены остальные военнопленные ветхие, крыши протекают. Все помещения, занимаемые военнопленными, к зиме не подготовлены. Нары поделаны из круглого леса, к тому же матрацев, подушек и даже соломы нет. Бани, дезкамеры (дезинфекционные камеры - Н.М.], стационара нет, больные военнопленные помещены в палатках на нарах, поделанных также из кругляка" [16].
Условия строительства были настолько тяжелыми, что и много лет спустя среди заключенных ходили легенды о жертвах Северной магистрали. Поляк Болеслав Рутковский, заключенный Интинского лагеря, слышал эти легенды в 1945-1946 гг. "Помни, - говорили ему старые бывалые зэки, - здесь под каждой шпалой лежит поляк. Мерли как мухи. Сейчас хорошо - есть бараки, жить можно" [17].
7 ноября 1940 г. открылось движение поездов на участке от Котласа до Княжпогоста. В мае 1941 г. отдел железнодорожного транспорта лагеря располагал 23 паровозами. С ноября 1940 по май 1941 г. было перевезено 135 тыс. т грузов: 50 тыс.т для Воркутинского и Печорского лагерей, 40 тыс.т для Северного железнодорожного и 30 тыс.т для Ухто-Ижемского лагерей, 12 тыс.т. для Усть-Вымского лагеря и... 3 тыс. т для республиканских организаций Коми АССР [18].
На 1941 г. общий объем капиталовложений по строительству трассы составил 170 млн руб., в том числе по отделу железнодорожного транспорта (главным образом четвертое отделение строительства) - 86 млн руб. Важнейшей проблемой строительства было возведение титульных мостов через реки Вычегда, Виледь, Печора, Вымь. К маю 1941 г. эта проблема была в основном решена. Возведение крупнейшего моста -через Печору - задерживалось из-за отсутствия металлоконструкций. Как известно, металлоконструкции были сняты с законсервированной стройки Дома Советов в Москве и по личному указанию Сталина переброшены в распоряжение шестого отделения Севжелдорлага [19].
Строительно-монтажный отряд №3, занятый на строительстве моста, с 15 января 1941 г. уложил более 45 тыс. куб.м бетона, из кессонов было поднято более 4500 куб.м грунта. Непосредственно на возведении моста работали 150 заключенных колонны №17 (начальник - Славин, прораб - Баженов) [20]. В июле 1941 г. в поселок Кожва с этапом прибыл заключенный Севжелдорлага Менахем Вольфович Бегин. Свои' впечатления о ходе строительства Печорского моста он изложил в блестящей книге воспоминаний "Белые ночи". Огромный транзитный лагерь. Тысячи заключенных. Суровый конвой. "Шаг влево, шаг вправо, прыжок на месте считаются попыткой к побегу. Конвой стреляет без предупреждения. Понятно?". В колонне прибывшего этапа большинство - интеллигенты, осужденные по знаменитой 58-й статье, поляки, литовцы, евреи, эстонцы, латыши. "Какая процессия XX века ! - восклицает Бегин. - Процессия рабов" [21].
Кое-что становится понятным из беседы с молоденьким охранником, идущим рядом с колонной по обочине железной дороги. "Люди отсюда
109
не возвращаются", - мрачно замечает он, и от его слов*веет ледяным холодом. Заключенные транзитного лагеря делились на группы по сто чел. в каждой. Штат управления - весь из уголовников. После карантина заключенных разбили по бригадам и вывели на строительство моста. С речью к ним обратился начальник транзитного лагпункта. Смысл его речи заключался в следующем: "Вы находитесь далеко от фронта, и вы должны быть благодарны тем, кто защищает вас от немецких людоедов. Вот почему вы должны работать с величайшей отдачей, перевыполняя самым помогать фронту... За работу! Вперед! Ура!". Лишь уголовники ответили на эту речь "Ура!" - и под звуки оркестра, состоявшего тоже их заключенных, бригады двинулись к месту работы. Люди занимались выгрузкой рельс с барж на берег. Это была тяжелая и опасная работа. У каждой бригады были бригадир, нарядчик, прораб и нормировщик."
Нормировалось буквально все. Книга норм, имевшаяся у каждого нормировщика, напоминала Бегину огромную логарифмическую таблицу, Жизненно важное значение для заключенных имели нормы питания. Эти нормы делились на четыре так называемые "котла": «   штрафной котел начислялся при выполнении норм выработки (трудового участия) на 30% и состоял из 200 г хлеба и одной миски жидкого супа на весь день; »   котел №1 начислялся при выполнении заключенным трудовой нормы на 30 - 60% и включал 400 г хлеба да две миски супа на день; о   котел №2 (при выполнении нормы на 60-80 %) содержал 500 г хлеба
и две миски густого супа; * котел №3 назначался при выполнении нормы от 80 до 100%. Заключенный получал 700 г хлеба, две миски супа и еще миску каши. Существовал также особый 12-й котел для "ударников" труда - тех, кто перевыполнял норму. "Ударники" получали по 800-900 г хлеба и хороший полновесный суп [22]. Наблюдая свыше месяца порядки в лагере и на строительстве моста, Бегин делает вывод, что они были по меньшей мере странными. "Это не была белая или черная ночь: это была красная ночь"... "Какой парадокс! Наши дни черны, а ночи белы",- констатирует он [23].
Всего за один месяц наблюдений за окружавшими его людьми М. Бегин делает вывод: в лагере оказались две большие группы людей. В 1937 г. были арестованы и осуждены коммунисты - ответственные работники партийного, советского, комсомольского и профсоюзного аппарата. Они и в лагере сохраняли фанатичную преданность коммунизму и Великой Октябрьской социалистической революции (бывший помощник главного редактора газеты "Правда" одессит Гарин, еврей; дочь богатого варшавского торговца Наома; жена директора крупного московского завода). Вторую группу составляли люди, понявшие суть сталинской системы или идущие к такому пониманию (инженер-механик, в прошлом директор завода; бывший капитан Красной Армии-участник оккупации Прибалтики и финской войны; бывший врач, отправленный в лагерь офицером НКВД, который влюбился в его жену).
МО
Естественно, что М.Бегина интересовали прежде всего убежденные коммунисты. Гарин представлял собой именно такого человека, разговаривать с которым было чрезвычайно интересно и поучительно. В 17 лет он стал коммунистом, вступил в ряды Красной Армии, сражался на фронтах гражданской войны, побывал в плену у белых, подвергался пыткам. После войны был партийным работником на Украине, устанавливал советскую власть. С восхищением вспоминает эти годы коммунист Гарин. Какие это были дни! Учился в Харьковском и Киевском университетах, работал в аппарате ЦК Компартии Украины, был избран генеральным секретарем этой партии. Затем стал помощником главного редактора. Громил печатным словом троцкистов, меньшевиков, правых и леьых уклонистов. Жена - верный друг и помощник во всех делах, профессор института красной профессуры. Появляется сын, затем дочь. Жизнь кажется прекрасной и удивительной! И вдруг, как гром среди ясного коммунистического неба - арест жены в 1937 г. Из мрачной Лефортовской тюрьмы она пишет письмо Сталину. Здоровье ее в опасности, и она ведь ни в чем не виновата перед т. Сталиным и родной Коммунистической партией! И вот - чудо! По личному указанию т. Сталина ее срочно освобождают, переводят в кремлевскую больницу, разрешают свидание с мужем, возвращают партийный билет, любимую работу. Через несколько месяцев- повторный арест! И вот как Гарин объясняет случившееся М.Бегину: произошли роковые перемены в управлении страной. "Центр тяжести в руководстве переместился от Коммунистической партии к НКВД". Вскоре арестовали и его самого. Следствие шло четыре года, и только четыре месяца назад он прибыл сюда, к Печорскому мосту, имея в запасе восемь долгих лет исправительно-трудовых лагерей, пережив две попытки самоубийства [24].
Дочь богатого варшавского негоцианта Наома, студентка Варшавского университета, пламенная коммунистка, бросила родной дом и убежала и Москву, где вышла замуж за русского инженера, училась и работала в стране победившего социализма - самой прекрасной стране мира. И вот настал 1937 г., и прекрасная Наома была арестована по подозрению в шпионаже, осуждена, и теперь работает на лагерной кухне посудомойкой. Жизнь ее разбита, но она не верит страшной правде о сталинской системе террора.
В августе 1941 г. правительство СССР заключило соглашение с польским правительством в изгнании (пакт Сикорского-Майского) о совместной борьбе против германского фашизма. Одним из пунктов этого соглашения предусматривалась "амнистия" всем полякам, депортированным в Советский Союз в 1939-1940 гг. По этой "амнистии" М.Бегин вместе со своими товарищами был освобожден и смог покинуть страну "белых ночей" и "черных дней".
Между тем 67000 заключенных Северного железнодорожного лагеря (2С000 заключенных во Н квартале 1941 г. были переброшены в другие лагеря) принялись "доводить до ума" построенную трассу от Котласа до Кожвы. Дальше строительство вел Печорский лагерь - от Кожвы до Воркуты. Для обеспечения постоянного движения составов по вновь по-
строенной трассе руководство лагеря в сентябре 1941 г. открыло шесть отдельных лесозаготовительных лагпунктов (ОЛЗП) - Чокурский, Рак-пасский, Айювинский и Исаковский с общим количеством заключенных 6000 чел. Были созданы также три геологоразведочные партии [25].
Пришло время упорядочить отношения лагеря с местными органами государственной власти. Это особенно касалось южных районов дислокации Севжелдорлага - Усть-Вымского и Железнодорожного. Здесь располагались восемь крупных сельхозов - Каменка, Месью, Иоссер, Центральный (п.Железнодорожный), Кылтово, Шежим, Межог и Микунь, а также подсобные сельхозы трех строительных районов. Они занимали 1622,45 га земель пашни, 335,80 га сенокосных угодий, 14725,82 га прочих земель, итого - 17556,49 га (данные на 1 января 1943 г.) [26].
С самого начала существования лагерей на территории этих районов отчетливо просматривались три группы проблем и соответственно конфликтных ситуаций. Первая относилась к взаимоотношениям колхозов и лагерей. Вторая - к взаимоотношениям поселковых Советов с управлениями лагерей по поводу жизненного пространства поселков, постепенно занимаемому лагерными подразделениями. Третья группа проблем касалась случаев нарушений лагерями административных границ с районами соседней Архангельской области. Следует, на наш взгляд, более внимательно рассмотреть эти проблемы.
Дело в том, что на территории этих двух районов пересекались и переплетались интересы не только Северного железнодорожного, но также практически всех других лагерей, дислоцированных а Коми АССР, - Ухто-Ижемского, Усть-Зымского, Локчиыского, а также весьма удаленных Воркутинского и Интинского. Размещение баз снабжения и сбыта, многочисленных транзитных и пересыльных пунктов, сельхозов и ферм, предприятий связи и т.д.требовали значительных усилий по согласованию и проведению большой организационной работы. Вся тяжесть ее была возложена на правительство Коми АССР (до 1936 г. - на областной исполнительный комитет Автономной области Коми (зырян)) районные, поселковые и сельские Советы.
Следует отметить, что отношения управлений лагерей с местными органами власти были непростыми. Мало считаясь с интересами местных жителей, лагерные администрации часто нарушали принимаемые на себя обязательства, не выполняли постановления Советов, их исполнительных органов. С другой стороны, нельзя не заметить, что лагеря, располагая несравнимо большими материальными и финансовыми ресурсами, оказывали значительную помощь местным Советам в решении чисто хозяйственных вопросов. В то же время возможности самих Советов в отстаивании законных интересов жителей сел и поселкоз были ограниченными.
Вот несколько типичных ситуаций. 9 июня 1938 г. исполком Усть-Вымского районного Совета депутатов трудящихся рассмотрел на своем заседании жалобу правления колхоза "Казлук" на самовольнсэ занятие (проще говоря, прямой захват) Северным железнодорожным лагерем 5 га сенокосов под выгрузку техники и материалов, предназначен-
112
ных для строительства Северной железной дороги. Райисполком в своем решении отметил, что с подобными действиями Севжелдорлага и Устьвымлага крестьяне сталкиваются не в первый раз, а убытки колхозам компенсируются плохо и несвоевременно. Члены исполкома решили передать материалы о незаконных действиях управления лагеря в следственные органы, а администрацию Севлага обязали представить в райсовет документы с обоснованием проекта строительства технической базы и пристанской железнодорожной ветки в селе Межог; запретили дальнейшую выгрузку техники и материалов до решения вопроса в областном исполнительном комитете; указали руководству Севжелдорлага на недопустимость угроз и самоуправства охраны лагеря в отношении дирекции совхоза "Казлук" [27].
29 июня 1938 г. райисполком обязал правление колхоза имени Кирова Коквицкого сельского Совета расторгнуть договор с Севжелдорлагом о передаче лагерю колхозных сенокосов как нарушающий Устав сельхозартели [28]. 23 сентября 193S г. была рассмотрена жалоба колхоза "Красная звезда" Айкинского сельсовета на администрацию 34-го лагпункта первого отделения Севжелдорлага за потраву и хищение сена из стогов летнего урожая 1938 г. Райисполком обратился с просьбой к начальнику отделения Плоткину с просьбой принять меры по возмещению понесенных колхозом убытков расчисткой и раскорчевкой новых земель к весеннему севу 1939 г. [29].
С развертыванием строительства Северной железной дороги лагерь все шире вторгался в жизнь местных коми крестьян. Так, в октябре 1938 г. s связи со строительством железнодорожной ветки от станции Микунь до с.Айкино возле с.Шежам появился карьер, а при нем лагпункт. Поскольку готовых складских помещений под новый лагпункт не было, лагерь купил здание Шежамской церкви. Часть заключенных была размещена (по согласованию с райисполкомом) в домах местных крестьян, что вызвало обоснованные протесты с их стороны. Под строительство лагпункта, пристанских сооружений и балластно-карьерного хозяйства было отчуждено 50,09 га пахотных земель колхозов "Путь Ленина", "Красный Маяк" и "Прожектор" Айкинского сельсовета [30].
И лишь к началу 1939 г. сложилась определенная система решения конфликтных ситуаций такого рода во взаимоотношениях лагеря и колхозов. Проекты на отчуждение земель готовились юридическими бюро, специально созданными бюро по отчуждению земель, инспекциями при' начальниках управлений лагерей, финансовыми отделами лагерей - с участием землеустроителей земельных отделов райисполкомов. К проектам прилагались картосхемы отчуждаемых участков земель. Райисполкомы рассматривали поступавшие проекты и выносили решения в соответствии с постановлениями ЭКОСО при СНК СССР №395 - 62/с от 3 сентября 1938 с. и постановления СНК Коми АССР №204 от 8 сентября 1838г.
Убытки колхозов определяла оценочная комиссия райисполкома, в состав которой входили заместитель председателя исполкома, заведующий райфинотделом, заведующий райземотделом. За счет посту-
113
пивших компенсаций колхозы должны были своими силами осваивать новые земли. Так, например, комиссия Усть-Вымского райисполкома 15 сентября 1939 г. определила размер компенсаций трем колхозам Княж-погостского и Сереговского сельсоветов за временное отчуждение сенокосных угодий под строительство обходного железнодорожного пути у переправы через р. Вымь следующим образом:
колхозу "Красное Знамя" • за 15,40 га   - 23310 руб.,
колхозу "Красная Заря"   за 8,35 га    -11904 руб.,
колхозу "Красный Луч"     за 1,20 га    -   832 руб.50 коп.,
итого: 36047 руб.25 коп. [31].
По самым скромным подсчетам, только за 2,5 года Северный железнодорожный лагерь изъял у колхозов Усть-Вымского района 4878 га земель. Для сравнения укажем, что на 15 декабря 1939 г. посевные площади хозяйств района составляли 5170 га, и под сенокосами 15000 га [32].
Вторая группа проблем, связанная с территориями поселка Железнодорожный, представляется следующим образом. 2 и 8 апреля 1S41 г. Железнодорожный райисполком рассмотрел вопрос о выделении земли сельхозу "Центральный" Севжелдорлага в п.Железиодорсжный с учетом перспектив развития поселка. Суть проблемы заключалась в том, что в результате хаотичного захвата земель различными организациями и учреждениями для дальнейшего роста самого поселка оставалась узкая полоса земли в 400 м, вытянутая вдоль тракта Усть-Вымь - Чибью. Председатель плановой комиссии Железнодорожного райисполкома Гудырев и плановик Суворов обратились в СНК Коми АССР с письмом, в котором указывали на нежелательность такого развития событий. Ведь поселок быстро разрастался, и ему была абсолютно необходима достаточная резервная территория [33].
Неясно, как разрешился вопрос о перспективах развития поселка. Но существенно важно, что весной 1941 г. власти Усть-Вымского района впервые столкнулись с проблемой, которая на современном языке звучит как "экологическая".
Третья группа проблем возникла в июне 1948 г. 29 июня исполком Усть-Вымского райсовета рассмотрел вопрос "О нарушении административной границы Усть-Вымского района Ленским райисполкомом и сельхозом "Межог" Северного железнодорожного лагеря". Суть дела заключалась в том, что еще в 1944 г. администрация сельхоза составила землеустроительный проект на отчуждение территории государственного лесного фонда Ленского района Архангельской области площадью 15 га, в которую попали земли Усть-Вымского района Коми АССР (494 га). Эти 494 га земель еще в 1932 г. были переданы племенному совхозу "Казлук". Не заметив вопиющего нарушения границ Коми АССР (в пределах Межогского сельского совета), Архангельский облисполком и СНК СССР 2 августа 1944 г. приняли решение об утверждении проекта, представленного управлением Севжелдорлага. В связи с этим исполком Усть-Вымского райсовета обратился в СНК СССР с просьбой пересмотреть решение, принятое в 1944 г. [34].
114
А теперь пора снова взглянуть на лагерь с его внутренней стороны. Т.В.Петкевич, заключенная Северного железнодорожного лагеря с мая 1844 по 30 января 1950 гг., вспоминает прежде всего такую важную особенность лагерной жизни, как слухи. Действительно, существовала :. целая система поступления и передачи информации из лагеря в лагерь. А поскольку расстояния между ними были огромными, на реальные факты неизбежно накладывались домыслы и фантазии. Лагеря полнились слухами... Стоило первому секретарю Коми обкома Тараненко на одном из активов руководящих работников лагерей заявить, что вскоре население Коми АССР возрастет до 1 миллиона чел., и по лагерям пошла "параша", что речь шла о миллионе заключенных... В мае 1944 г. широко бытовало мнение о том, что Северные лагеря имели довольно сносный режим содержания. Они "обрисовывались многими как житные угодья", - отмечает Т.В.Петкевич [35].
Но действительность оказывалась гораздо суровей слухов. Лесозаготовительная колонна станции Светик Урдомского отделения Севжелдорлага. Бревенчатый частокол с проволочным верхом. Барак из сырых неотесанных бревен. Нары. Соломенные матрацы. Масса клопов. Вокруг зоны - угрюмый еловый лес. Заключенные-мужчины валят лес. Заключенные-женщины распиливают сырые бревна. И так месяц за месяцем, год за годом. "Об ужасе колонны "Светик" вспоминать и то приходится по складам" [С. 206]. План, любой ценой план! При общей человеческой обреченности, покорности исторической судьбе. Через два-три месяца такой жизни человек "доходил", превращался в гниющую развалину.
"Горе было общим" [С.263]. Но праздник Победы - врозь с вольнонаемными. Тех, кто пересидел свой срок, на свободу не выпустили. Амнистия холодной весны 1945 г. вызвала глубокое разочарование - выпустили воров и убийц. Станция Межог. Колонна "Протока". Центральный Сангородок Севжелдорлага. Психиатрический корпус, детский прием-кик, лазарет, небольшое парниковое хозяйство. Узкий замкнутый мир человеческой боли, страданий. И замечательные люди: главный врач Малиновская Александра Петровна - врач-психиатр, заслуженный врач РСФСР, пять лет провела в заключении; доктор Федосов; медсестра Тамара Григорьевна Цулукидзе - изумительная актриса, жена известного грузинского общественного деятеля Сандро Ахметели. Человек кипучей энергии, она даже в заключении не прекращает извечной борьбы со Злом - организует в туберкулезном госпитале кукольный театр для детей. "Искусство пробуждает души", - замечает Т.В.Петкевич.
Т.Г.Цулукидзе почти весь срок (10 лет) отбыла на общих работах -лесоповал, каменные карьеры Севжелдорлага. Попала в больницу сан-городка колонны "Протока". Продержали в больнице два месяца. К счастью, после выздоровления никуда не услали, оставили при сангородке. Главный врач сангородка Сергей Александрович Солодовников, москвич, человек высокой культуры, ценитель театра, предложил Тамаре Григорьевне создать в лагере театральную труппу. Эту идею поддержали начальник КВЧ Алексей Петрович Линкевич, в долагерном прошлом -редактор ярославской областной газеты и заведующая КВЧ вольнона-
115
емная Радзиевская Евгения Ивановна, начальник лагпункта "Протока" Рубинер.
Октябрь 1943 г. Новый детский театр кукол в Княжпогосте начал свою профессиональную деятельность. Колонны лагеря, города Великий Устюг, Котлас, Ухта, Яренск, Сольвычегодск... Покровительствовал театру начальник лагеря Шемена [С.267]. Зимой 1944 г. из Москвы пришел приказ о прекращении.выступлений крепостных "агитбригад" перед населением - только в зонах! А поскольку в зонах детской аудитории не было, кукольный театр решили закрыть. Зимой 1346 г. Т.Г.Цулукидзе была освобождена досрочно - "за успешную культурную работу" [С. 272].
Начальником Сангородка работал в те годы Родион Евгеньевич Малахов - фронтовой разведчик, за допущенный промах посланный укреплять порядок в лагерях. Шежамская колонна. Лазарет. Врач Нусенбойм, редкая индивидуальность, интересный и странный человек, истый джентльмен и чудак. Такие, как он, встречались повсюду, на всех колоннах", - отмечает Т.В.Петкевич. "Зоны, зоны, зоны. Человек" [С.334].
Княжпогост. Центральный ОЛП (ЦОЛП). Петкевич подчеркивает особый статус ЦОЛПа в структуре лагеря: "Начальник ЦОЛПа имел права, равные правам начальника целого отделения, включавшего в себя не одну, а целую группу колонн. По существу же ЦОЛП являлся собственно управленческой колонной всего лагеря". Здесь же располагалось управление лагерем. Т.В.Петкевич дает краткие характеристики работникам управления: Шемена СИ. - образованный и хороший человек. Был военным представителем СССР в Чехословакии, но имел неосторожность жениться на польке. В результате получил в 1S37 г. ссылку, послан укреплять лагерную систему. Сочувственно относился к интеллигенции, содержавшейся во вверенном ему подразделении, состоял в переписке со многими известными деятелями советской культуры, а частности с артистом театра и кино Николаем Константиновичем Черкасовым (переписка касалась участи режиссера лагерного театра Александра Осиповича Гавронского).
Штанько - начальник политотдела лагеря - "высокий и красивый здоровяк", "выдвиженец", "жил в свое удовольствие" [С.259]. Его заместитель - Баженов Павел Васильевич, инженер-путеец, прекрасный специалист, партийный выдвиженец. Борис Маркович Катер - начальник планового отдела лагеря - убежденный троцкист, за что и получил свои 10 лет лагерей, отбыв которые, получил новый срок, знаток литературы и театральной жизни. Николай Трофимович Белонский- ленинградец, работал инженером на крупном предприятии, получил 15 лет за "экономическую контрреволюцию", человек огромного ума и энергии, его многочисленные рационализаторские предложения давали лагерю заметный экономический эффект.
Сергеев - хромой старший надзиратель барака театрально-эстрадной колонны - "стальноглазый старшина". Человек. В управленческой колонне работали также - физик и математик Горелик, сотрудники редакции Большой Советской Энциклопедии Давид Владимирович Шварц и его сестра Эсфирь Владимировна, знаменитый пивовар из
по
Горького Бруссер, который готовил ликеры и лимонад для руководства лагеря. Сиропы и экстракты для приготовления своих изумительных напитков ему присылали в посылках. Секреты производства хранил в строжайшей тайне. 3 1955 г. в Интинском лагере он организовал цех по производству безалкогольных напитков. Этот цех интинские острословы прозвали фирмой "Бруссер-Вассер". Плохо переносил Север. Любил повторять: "У меня от этих белых ночей темно в глазах".
Княжпогостский ЦОЛП 1945-1949 гг. представлял собой удивительное зрелище. "Тьма значительных, умных, красивых людей. Масса интеллигентных лиц и удивительных женщин...Лица моложавые, волосы чаще седые... Это было не просто общество. Скорее, засаженная за прсьолоку целая общественно-экономическая формация. Далеко не однородная, изнутри во многом конфликтная, разговаривающая тем не менее на едином языке...гениальные идеи, проекты, технические изобретения, национализация анонимных талантов..." [С.287].
Два крепостных театра - драматический и кукольный, около тридцати артистов, в большинстве профессионалов: АО.Гавронский, Г.Л.Невольский, М.Д.Головин, С.Аллилуев, Я. К. Станиславский, В.К.Мицкевич, Сланская, В.Г.Разумовская, Т.В.Петкевич. Театр кукол: Т.Г.Цулукидзе, В.АДасманов, Е.Г.Фришер. Выступая с концертами в составе драматического театра, Т.В.Петкевич побывала на всех колоннах Сеажелдорлага - Весляна, Иоссер, Жешарт, Тобысь, Ираель, Мад-мас, Шежам, Микунь. Летом 1945 г. они выступали с концертом в зоне немецких военнопленных, располагавшейся в одной из колонн северного узла. Вот краткое описание этого события: от станции долго шли пешком. Перешли скрипучий висячий мост через неизвестную речку. Тайга. Зона. Дорожки посыпаны песком. Бараки, добротные и просторные, на солидных фундаментах. Окна забраны слюдой. Просторный и вместительный клуб. В течение всего концерта в зале, заполненном военнопленными, гробовое молчание. Обоюдная ненависть. После концерта - обед в столовой: белый хлеб, гречневая каша, булочки с повидлом. Начальник зоны смущенно объясняет возмутившимся артистам: "Этого требует политика" [С.282-283].
В 1945 г. заканчивался срок пребывания в лагере тех заключенных, которые получили восемь лет заключения в памятном 1937 г. Освобождаясь, большинство из них устраивались на работу по прежней лагерной специальности, но уже вольнонаемными. Немало бывших заклю-' ценных работали в управлении лагеря. Так, из 115 чел. лагерного сектора управления "бывшие" составляли 27% (31 чел., из них 16 - начальники частей и старшие инспекторы). Из 239 чел. производственного сектора - 70% (167 чел., 52 старших инженера из 64-х, 44 инженера из 53-х, 30 начальников частей из 38-ми, 12 начальников отделов из 16-ти, 6 заместителей начальников отделов из 10-ти, 15 начальников отделений и групп отделений из 23-х, 7 начальников лагпунктов и колонн из 35-ти) [36].
Из 220 чел. с высшим образованием, работавших по вольному найму в Севжелдорлаге, бывшие заключенные составляли 90,5%, или 199 чел. Из этого количества 90,5% - бывшие политзаключенные (180 чел.) и
1!7
лишь 19 - осужденные за другие преступления. За 1945 т. в лагерь прибыли 23 специалиста с высшим образованием, из них 20 чел. по освобождению из лагерей, и 12 чел. со средним (специальным) образованием, из них 8 - бывшие заключенные [37].
Были, конечно, и другие источники пополнения кадров. За 1945 г. в Севжелдорлаг прибыло на работу 1408 чел. Из них по направлению партийных и комсомольских организаций -1, из армии - 103, из строек и лагерей НКВД СССР - 20, из других органов НКВД - 5, принято на месте по заявлениям - 476, принято освободившихся из лагерей - 803 чел. [38]. В первом квартале 1945 г. из 5402 чел. вольнонаемного состава 4268 чел. имели низшее образование, 1166 чел. служили в охране. 70 % сотрудников составляли мужчины (3778 чел.) а 30% - женщины (1624 чел.). 2615 чел. (48,4%) были заняты в производственной сфере (на Котласском мостозаводе - 548 чел., или 10,2%; в Ижемском строительном отделении - 491 чел., или 9,1%; в Микуньском строительном участке - 427 чел., или 7,9%; в Сольвычегодском строительном участке - 417 чел., или 7,7%) [39].
Из общего количества вольнонаемных 44,3% (2393 чел.) составляли бывшие заключенные, б том числе политические - 63,2% (1632 чел.}. Из общего количества бывших заключенных 63,5% (1451) были закреплены за лагерем по директиве НКВД СССР и Прокуратуры СССР №185 п.2. 3,9% (83 чел.) - освобождены с закреплением на строительстве по постановлению ГКО СССР №6825 от 28 октября 1944 г. [40].
Представляет интерес национальный состав вольнонаемных. Из 5042 чел., учтенных в отчете политотдела Севжелдорлага обкому ВКП(б) за 1945 год, русские составляли 65,3% (3294 чел.), украинцы -.13,2% (667 чел.), коми - 9,3% (469 чел.), евреи - 4,2% (211 чел.). Из представителей других национальностей наиболее многочисленными были татары - 71 чел., китайцы - 63 чел., карелы - 51 чел., мордва - 33 чел. [41]. Общее число вольнонаемных в целом по лагерю оставалось почти неизменным: количество прибывающих было ненамного больше количества убывающих. Так, за 1945 год убыло из лагеря 1316 чел. Мотивы убытия приводятся в таблице [42]:
1944
1945
уволено с работы в связи с арестом
водворено в ИТЛ директивников
откомандировано в другие лагеря
откомандировано на учебу
уволено бывших польских подданных
мобилизовано в Красную Армию
уволено в связи с переходом на инвалидность
уволено по болезни
уволено по реэвакуации
узолено за нарушения трудовой дисциплины
уволено по личному желанию
72.
22
952
51
40
122
78
181
133
57
226
59
358 22
75 94 255 30 64 209
118
уволено за морально-бытовое разложение 1
уволено по сокращению штата 4
в связи со смертью 5
откомандировано в другие наркоматы V
уволено за кражи и другие преступления Ъ
уволено в связи с переходом на другую работу 3
17 45 55 19 28
3
24 19 1
61 5
Усложнялся и сам контингент заключенных: появились фронтовики-окруженцы, власовцы, повстанцы из Прибалтики и Западной Украины -люди с непривычным поведением и совершенно другой психологией. В марте 1945 г. в Севжелдорлаг прибыли несколько сот интернированных, для которых создали отдельный лагерь - зону №225 [43]. Лагеря полнились слухами: о проверочных комиссиях ООН, якобы уже работающих в Северных ИТЛ, о зарубежных еврейских общинах, якобы добивающихся освобождения заключенных-евреев и т.д. В 1947 г. весь набор заключенных 1937 г. со сроками 10 лет ждет освобождения. Т. В. Петкевич отмечает общую атмосферу ожидания: жили все "...как под током: только бы переступить через порог зоны!". "Общая картина освобождения 1947 года складывалась, понятно, из множества отдельных случаев и судеб, но счастливые исходы были исключением", многие освободившиеся предпочли вернуться обратно на Север [44].
Т. Г. Цулукидзе переехала в Сыктывкар, где создала при филармонии свой театр кукол. Ванда Разумовская осталась в Княжпогосте, устроилась музыкальным работником в детском садике, привезла из детдома свою дочь Киру. Ольга Третьякова, повидав на свободе дочь, предпочла вернуться на Север. Те, кто решил все-таки начать новую жизнь на новом месте, быстро выработали и усвоили негласный кодекс поведения освободившегося: "Не появляйся", "Не ломай!", "Не вторгайся!", "Не мешай жить другим!".
В 1947 г. по всем лагерям прокатилась мутная волна резкого ужесточения режима, несколько ослабевшая к концу года. Начальником Севжелдорлага стал полковник Ключкин. Участились обыски, аресты, переброски заключенных в дальние лагеря и колонны. Эта волна коснулась и Княжпогостского крепостного театра: на Ракпасскую колонну высылаются Гавронский, Елена Фишер и Ани Кольб, где они к своему изумлению встречаются с Ариадной Сергеевной Эфрон - дочерью Марины Цветаевой. Ужесточение режима вызвало ответную реакцию со стороны заключенных. Резко усиливается сопротивление лагерной администрации, растут побеги. Так, из промышленной зоны Княжпогостского ремонтно-механического завода бежали Н.Т.Белоненко и какой-то американец. Побег вызвал широкий резонанс на колоннах. Особенно сочувствовали американцу - как-никак союзник в общей войне против г    фашизма! [45].
В 1949-1950 гг. госбезопасность инициирует волну арестов освободившихся заключенных Северных лагерей. В Сыктывкаре арестовывают Миру Гальперн и ее мужа Алексея Линкевича. Из Усть-Куломского театра изгоняют Елену Фишер и китайца Шаня, которому чудом удалось уст-
I.
119
роиться в Сыктывкарский театр. В Княжпогосте выгоняют с работы Е.Ерухимовича... Добивали недобитых, обирали обобранных...
24 июля 1950 г. заканчивает свое существование Северный железнодорожный лагерь. Он сливается с Печорским железнодорожным в огромный Печорский лагерь (Печлаг), история которого представляет предмет отдельного разговора.
3. Северо-Печорский железнодорожный лагерь. 1940 -1950 гг.
Лагерь был создан по приказу НКВД СССР №00597 от 14 мая 1940 г. с подчинением Главному управлению лагерей железнодорожного строительства (ГУЛЖДС). В 1947-1948 гг. временно подчинялся Северному управлению лагерей железнодорожного строительства. Управление лагерем располагалось в п.Абезь Кожвинского района Коми АССР (ныне - Интинский район Республики Коми), а с 15 апреля 1950 г. - на станции Печора Северной железной дороги. Приказом НКВД СССР определялась основная задача лагеря - строительство железной дороги от станции Кожва до Воркуты протяженностью 465 км. Эта задача была решена лагерем 28 декабря 1941 г. В этот день первый поезд прибыл на станцию Воркута из Кожвы [46]. Затем вплоть до осени 1944 г. лагерь занимался достройкой и увеличением пропускной способности введенной в эксплуатацию трассы. А затем по приказу НКВД СССР №001311 от 24 октября 1944 г. строил железную дорогу Хальмер-ю - Ханозей -шахта №7. С 28 апреля 1947 по 6 мая 1948 г. рел строительство первых 40 км железной дороги от станции Чум в направлении Лабытнанги - порт на мысе Каменный (Обская губа). 24 июля 1950 г. был объединен с Севжелдорлагом в Печорский лагерь (Печлаг).
Структура Северо-Печорского железнодорожного лагеря. Вся трасса была разделена на два участка строительства: северный и южный. Границей между ними была станция Кочмес. Итак, от Кожвы до Кочмеса располагались подразделения южного участка, а от Кочмеса до Воркуты - северного. В состав южного участка входили 29 лагпунктов - Мишаяг, Аранец, 1142 км, Ошель, Сыня, сельхоз Сыня, Вылью, Янью, Джинтуй, Изъяю, Косью, сельхоз Косью, Кирпичный завод, Охотпост, Калякурья, Кожим (строительство Кожимского моста), Черный (строительство моста), Угольная (строительство моста), Верхняя Инта (строительство моста), Нюр, Байдук. Северный участок включал 27 лагпунктов: Турун, Ошпер, Петрунь, Бугры Полярные, Пиярга, Уса, Абезь, Марков, Сармаю, Амшор, Сивая Маска, Периашор, Шор, Пышор, Ош-вор, Сейда, Чум, Кыкшор, Песец-1 и Песец-2, Хановей-1 и Хановей-2, Пальник, Юнь-яга, Ненец, станция Воркута. Итого 56 лагпунктов. Осенью 1940 г. были созданы: автодорожное отделение (делилось на участки и околотки), судостроительная верфь в Палякурье (недалеко от с. Усть-Уса), рассчитанная на производство десяти колесных катеров и барж общей грузоподъемностью 1800 т, лесозаготовительный ОЛП в верховьях Печоры мощностью в 400 тыс. куб.м древесины [47].
120
Следует учесть, что еще до образования Печорского железнодорожного лагеря на северном участке с 1938 г. велись работы силами заключенных Абезьского строительного района Севжелдорлага. Начальником района (а с мая 1940 г. - помощником начальника Печжелдорлага) был лейтенант Быцко, его заместителем - Веселый (с мая 1940 г. - начальник инспекции лагеря). В летне-осеннюю навигацию 1938 г. в Абезь по реке Усе были доставлены более 20000 заключенных. За два года они построили 20,2 км железной дороги в сторону Воркуты (до разъезда 1404 км). По этому участку летом 1940 г. открылось рабочее движение поездов. К началу прибытия новых этапов заключенных Печжелдорлага (шли из Дальлага через Архангельск летом и осенью 1940 г.) в Абези остагалось 3900 заключенных, которые были заняты в основном на подготовительных и подсобных работах [48].
Таким образом, летом 1940 г. Абезь становится крупным лагерным подразделением. Здесь открыли филиал Промышленного банка СССР, отделение Сберегательного банка, почтовое отделение, работал аэродром. По плану строительства 1940 г. намечалось к декабрю открыть рабочее движение поездов к северу от Кожвы на расстояние 59 км и к северу от Абези на 80 км. Предстояло освоить к 1 января 1942 г. 2380 млн руб. капиталовложений, выполнить 14425 тыс. куб.м земляных работ, 12835 тыс. погон, м мостов, заготовить 831 тыс. куб.м древесины [49]. Были создань! 8 строительных отделений - 1, 2, и 3 на южном участке и 4-8 на северном. В аппарате управления было много заключенных: в первом - четвертом отделениях - по 74 вольнонаемных и по 73 заключенных. В производственных отделах отделений из 232 чел. аппарата управления 22 были заключенными.
Самыми крупными были первое, второе и пятое отделения [50]. Первое отделение вело строительство от Кожвы до Сыни, второе - от Сыни до Кожима, третье - от Кожима до Кочмеса, четвертое - от Кочме-са до Абези, пятое - от Абези до Сивой Маски, шестое - от Сивой Маски до Ошвора, седьмое - от Ошвора до Сеиды и восьмое - от Сейды до Воркуты. В каждом отделении насчитывалось в среднем по семь лагпунктов ("бсаучастков") и несколько десятков колонн. К 1 января 1941 г. списочный состав рабочей силы (заключенных) насчитывал 34959 чел., или в среднем по 4000 заключенных на одно отделение [51].
Поскольку сроки строительства были чрезвычайно сжатыми, начальник лагеря Г.П.Большаков придавал особое значение так называемым' "декадникам рекордных работ", в ходе которых особо поощрялись "ударники" (выполнявшие нормы на 110-150%), "отличники" (выполнявшие нормы на 150-200%), и "рекордисты" (выполнявшие 200% и более от суточной нормы). Проводились слеты рекордистов по отделениям, ширилось "трудовое соревнование" заключенных-строителей. Так, на 1 октября 1940 г. почти половина списочного состава заключенных 1 и 2 отделений была вовлечена в соревнование. Здесь были 1956 "ударников", 865 "отличников" и 357 "рекордистов". Архивные документы сохранили имена некоторых из них. Заключенный Бондарев из 33-й колонны 2 отделения на снятии мохового покрова в августе 1940 г. дал
121
500% выполнения нормы. По северному участку строительства заключенные Жимченко, Елфимов, Лисуп и Чернов дали от 253-х до 365% выработки, рекордисты Согидеев (11-я колонна), Цаликов (3-я колонна), Ведерников, Грищенко и Горжаев (5-я колонна), Федоров и Демин (10-я колонна) - от 500% и выше [52].
Широко развернулось и трудовое соревнование бригад 1 и 2 отделений. Здесь первенство держали бригады Емельянова, Седова и Бело-усова с пятой колонны, Хоревича и Рябушкина с третьей, Никитова с четвертой и Моисеева с девятой колонны, Олейникова с 11 колонны [53]. На северном участке строительства из 11 боеучастков участвовали в соревновании 6; из 25 колонн -15; из 105 бригад -104; из 262 звеньев ~ 216. Здесь насчитывалось 142 "рекордиста". Вот имена некоторых из них: И.С.Демидов, Н.В.Качарин, Грибов, Алексеев, Бондаренко. Для поднятия духа строителей был организован ансамбль песни и танца, а также драматический театр (в Абези). Тем не менее количество заключенных, не выполнявших нормы, было значительным. Только по 5 и 6 отделениям в сентябре 1940 г. их насчитывалось 660 чел. [54].
Осенью 1941 г., с наступлением холодов, ситуация на трассе резко ухудшилась. Остановилось строительство Кожимского, Интинского и Усинского мостов, сократился подвоз продовольствия, медикаментов и материалов. В результате увеличилась заболеваемость заключенных и как следствие этого - смертность. По неполным данным, на 1 января 1941 г. (т.е. всего за семь месяцев существования лагеря) умерли 3586 заключенных. На четвертом, шестом и восьмом отделениях 60-80% заключенных были больными или слабосильными. В декабре 1940 г. в 118-й колонне шестого отделения из 215 чел. заключенных в строю были только 42 чел. [55].
С ноября 1940 г. стала быстро падать производительность труда заключенных. По основным земляным работам она составила лишь 67 %, на укладке главного пути - 19,4%, на строительстве производственных и жилых зданий - около 70%. За год произошло четыре крушения поездов с человеческими жертвами, разбито в результате аварий пять платформ и дрезина - "калужанка", было зарегистрировано 26 случаев схода транспортных средств с колеи из-за уширения полотна железной дороги [56].
За сложившуюся ситуацию начальник лагеря Г.П.Большаков, начальник санотдела К.В.Новосадова, начальник отдела снабжения В.Н.Гейденрейх, начальник 4-го отделения М.И.Сифинер.и его заместитель М.И.Доброшинский, начальник 8-го отделения Н.Кондрашин, а также заместитель начальника 7-го отделения И.В.Савицкий - были _angciQEft^» и птляны ппл гл/л (осуждены в марте 1941 г.). Начальником лагеря был назначен Н.Ф.Потемкин (с февраля по март 1941 г. обязанности начальника лагеря исполнял Чесноков). За должностные и воинские преступления, имущественные преступления и хищения за первое-полугодие 1941 г. были арестованы 33 вольнонаемных работников лагеря и 150 заключенных. В сентябре 1941 г. за развал работы, пьянство
122
и допущенную высокую смертность заключенных был исключен из партии и привлечен к суду начальник 14-го отделения Д.М.Гусин.
В 1941 г. несколько отделений южного участка строительства были объединены в одно (1-е). На северном участке были созданы семь новых отделений (8-14). Появились шесть новых ОЛПов - пересыльный в Кожее, судостроительный в Палякурья, КОЛП и инвалидный ОЛП в Абези, сельхозы Абезь и Синью. В июле-августе 1941 г. трасса железной дороги пересекла самый трудный участок - интинские болота - и соединилась в Кочмесе с колоннами, укладывавшими полотно со стороны Абези. К северу от Абези дорога достигла Сивой Маски. До Воркуты оставалось 10-12 часов езды поездом (в темпах того времени). В октябре дорога шагнула за Сейду. Сюда, к Сейдинскому мосту, спешили колонны из Воркуты. Средний темп укладки рельсов составлял 1,9 км в сутки. Идя навстречу друг другу одновременно из нескольких точек трассы, некоторые бригады и боеучастки в октябре укладывали по 5 км рельсового полотна в день! [57].
28 декабря 1941 г. первый поезд пришел в Воркуту. Машинист Петр Петрович Дунаев на паровозе О-в-7 с двумя угольными платформами и классным вагоном был торжественно встречен ликующей толпой ворку-тиицев [58]. Задача, поставленная перед железнодорожными Северным и Печорским лагерями, была выполнена. 25 января 1942 г. приказом НКВД СССР №00185 Печорский железнодорожный лагерь был объединен с Заполярным лагерем. В соответствии с приказом главной задачей лагеря становится увеличение пропускной способности магистрали Кожва - Воркута и окончание работ ликвидированного Заполярлага. Он становится самым крупным лагерем из всех, дислоцированных на территории Коми АССР. В сентябре 1942 г. в его девяти лаготделениях насчитывалось более 50000 заключенных [59].
12 февраля 1942 г. правительство СССР и ЦК ВКП(б) приняли постановление "О развитии добычи воркуто-интинеких углей и мероприятиях по обеспечению их вывозки" в котором предусматривалось резкое увеличение финансовых и материальных ресурсов для Печжелдорлага. Северный уголь приобрел жизненно важное стратегическое значение ввиду резкого ухудшения обстановки на фронтах Великой Отечественной войны. Осажденный Ленинград, Балтийский и Северный флоты нуждались в топливе. 12-13 июля 1942 г. пленум Коми областного комитета партии большевиков заслушал и обсудил доклад председателя Коми совнаркома С.Д.Турышева о ходе выполнения постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б). Участники пленума отметили серьезное ухудшение ситуации в северных лагерях и выразили обеспокоенность положением дел. Начальники управлений лагерей, присутствовавшие на пленуме,
осты |ушцлп ncwicuii* рсомлд ицс?пи1Ч в upuri адрси
Особую озабоченность властей вызывало ухудшение состояния рабочей силы. Именно в этот период резко уменьшилось продовольственное и вещевое довольствие заключенных. В результате голода вымирали целые колонны и лагерные пункты. Голод поразил и гражданское население. Причины сложившегося положения показаны А.Суворовым в
123
книге "Ледокол". Автор пишет: "С начала 1939 года Сталин начал интенсивную перекачку ресурсов из и так катастрофически ослабленного сельского хозяйства в армию и в военную промышленность... процесс набирал скорость... в мае 1941 года в Красную Армию тайно мобилизовано 800000 резервистов. За месяц количество едоков в армии увеличилось почти на миллион. Эти меры, осуществленные до уборки урожая, означали неизбежный голод в 1942 году даже без германского вмешательства. Голод 1942 года был предрешен на заседании Политбюро 21 июня 1941 года" [61].
С целью смягчения кризиса власти приняли ряд мер, среди которых следует в первую очередь отметить постановление правительства и ЦК ВКП(б) от 7 апреля 1942 г. "О развитии подсобных хозяйств с целью обеспечения населения дополнительными продуктами питания". В соответствии с этим постановлением правительство Коми АССР в 1942 г. выделило под частные огороды 1410 га земли [62]. Резко увеличилось количество подсобных хозяйств, в том числе и в лагерях. Согласно справке сводного сектора Госплана Коми АССР "Итоги выполнения народнохозяйственного плана 1943 г." совхозы НКВД в 1942 г. засеяли 5636 га земель, а в 1943 г. - уже 6525 га (рост на 17,5%), но, несмотря на это, потребности лагерей в картофеле и овощах не были удовлетворены ни в 1942, ни в 1943 гг. Некоторое представление об этой стороне деятельности лагерей НКВД в Коми АССР дает следующая таблица [63]:
Лагеря Засеяно в 1943 г. (в га) % выполнения плана
Печорский L            634 105,7
Северный 1482 103,6
Воркутинский 1055 101,1
Интинский 359 99,7
Ухто-Ижемский 1370 106,3
Усть-Вымский 1446 92,0
Еще ниже была обеспеченность лагерей поголовьем крупного рогатого скота. Только Усть-Вымский лагерь, имевший продуктивное стадо в 1411 голов, был обеспечен на 100,8% к плану. Печорский и Северный железнодорожные лагеря были обеспечены хуже остальных - на 58,9% (1496 голов) и 64,5%о (1387 голов) соответственно [64]. 13 апреля 1942 г. правительство и ЦК ВКП(б) принимают постановление №507 "О порядке мобилизации на сельскохозяйственные работы в колхозы, совхозы и МТС трудоспособного населения городов и сельских местностей". Коми совнарком и обком ВКП(б) принимают соответствующие решения. Районные, поселковые и городские советы Коми АССР весной 1942 г. организуют массовую мобилизацию населения на сельхозработы. Так, Железнодорожный райисполком 5 мая 1942 г. принял постановление о мобилизации с 15 мая по 15 июня трудоспособного населения района, поселков Железнодорожный и Вожаель, части служащих госучреждений, учащихся 6-10 классов общеобразовательных школ, мужчин в воз-
124
расте от 14 до 55 лет и женщин в возрасте от 14 до 50 лет. Райисполком обратился также к администрации лагпунктов Печжелдорлага, Севжелдорлага и Устьвымлага с просьбой об оказании "шефской" помощи машинно-тракторным базам района. [65]
В начале 1944 г. приказом НКВД №00461 была изменена структура Печжелдорлага: из отдела железнодорожного транспорта было выделено: собственно управление движения на участке Кожва - Воркута и управление движения Северного района. Приказом ГКО СССР от 28 октября 1944 г. на управление Северного района была возложена задача строительства железной дороги Воркута - Хальмер-ю протяженностью 62,5 км. В структуре лагеря насчитывалось 5 отделений, 3 строительных района Северного управления и ряд других подразделений (на 1 сентября 1944 г.) [66]:
Подразделения Численность з/к Колонны Вспомогательные подразделения
1 отделение 4813 1, 8, 10, 23, 31, 45, 46, 47, 72 центральный    пошивочный      комбинат, лазареты № 1, 2, 4, 7
3 отделение 3682 1,2,3, 4, 28, 40, 43 сельхоз, лазареты № 1,4
4 отделение 2300 1, 3, 13, 93, 96, 97, 99, 140 сангородки № 1 и 4
5 отдаление 2379 U, 5, 6,10, 11, 15 лазарет, изолятор
Северное J[QE3gD©HMe:
1 район, ст. Печора 1315 i
2 район, ст. Кочмес 3 район, ст. Воркута 859 ~"Т2?" Уса, ПЧ-6, тяга, ПЧ-7, движение
1,2, 4,5 _
Лесокомбинат 929 ОЛП Воркута
Сельхозы: 1802 Печора,   Косью,   Бе-лый-ю, Синь-ю, Фион, Сивая Маска -
Центральные ремонтные мастерские № 1-2 204
Строительно-монтажная контора 648
СЛП-1 Абезь 2454 лесозаготовительная, штабная лазарет
Комбинат    хозобслу-живания (Абезь) -
ОЛП 8ой-Вож -
ОЛП    "Пересыльный пункт" (Кожва) лазарет
Лагпункт Сыня
Лагпункт Кожим
I
125

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Примечание. Отправлять комментарии могут только участники этого блога.